Эстетические отношения искусства к действительности

В своей диссертации «Эстетические отношения искусства к действительности», которую Чернышевский защитил в 1855 году, он оспаривает эстетику немецкого романтизма и предлагает «различать то, что чувствуется на самом деле, от того, что только говорится». Публицист не только сталкивает идеал с жизнью, но и противопоставляет бесплотность означаемого («идеала, который существует в воображении художника») материальности означающего (самой действительности).

Поэт и филолог Павел Арсеньев, написавший предисловие и послесловие к новому изданию «Эстетических отношений…», утверждает, что Чернышевского можно назвать первым русскоязычным медиакритиком, и подключает новейший критический аппарат, доказывая непреходящую актуальность текста, оставшегося практически незамеченным при жизни автора.

В частности, в своей диссертации Чернышевский обращается к теории воспроизведения в искусстве на примере техники гравюры и дагеротипии. По его словам, «теория воспроизведения, если заслужит внимание, возбудит сильные выходки со стороны приверженцев теории творчества. Будут говорить, что она ведет к дагеротипичной копировке действительности». Позднее философ Вальтер Беньямин назовет дагеротип поворотным пунктом в истории искусства.

В послесловии Арсеньев перекидывает мост от «Эстетических отношений искусства к действительности» к самому известному сочинению Чернышевского — роману «Что делать?», существенно повлиявшему на развитие российской критической и политической мысли, в том числе на редакцию журнала «Современник» и близких к ней передвижников, а также на тезисы Ленина, Плеханова, теоретика производственного искусства Бориса Арватова и на литературу позитивизма в целом.